Как приучить подростка помогать по дому и не превратиться в диспетчера: объясняет психолог

Фантик на диване, посуда в комнате и бесконечное «сейчас уберу»: знакомо почти каждой семье с подростком. Психолог Евгений Косач объясняет для MamaLand.by, почему двадцатое напоминание не работает, чем «помоги маме» отличается от «это твоя зона» и как постепенно передать подростку настоящую ответственность за дом без войны и ежедневных инспекций.

Евгений Косач, психолог для подростков и взрослых

Начнём честно: подросток не животное. Его нельзя приручить, приучить к лотку, выдать миску с кормом и надеяться, что к восемнадцати годам он начнёт сам мыть пол.

Фантик, который стал символом

Например, дочь оставляет фантик от шоколада на диване. Вы смотрите на фантик, дочь смотрит на фантик. Фантик лежит, и ничего не происходит. Через пять минут вы говорите:
— Убери, пожалуйста.
— Сейчас.
Проходит час. Фантик всё ещё лежит. Вы снова:
— Я тебя просила убрать.
— Да, я уберу.

И вот фантик перестаёт быть фантиком и становится символом. Для вас он уже означает: «Ей всё равно», «Она меня не уважает», «Я что, должна за всеми ходить?», «А что дальше будет?», «Вот вырастет — вообще ничего делать не будет». А для подростка это по-прежнему просто фантик.

Если вы сейчас подумали: «Но как можно не замечать фантик на диване?!», поздравляю. Вы начали читать статью с позиции человека, который замечает фантики. Подросток может их не замечать, и это ещё не значит, что он плохой человек.

Уборка комнаты — не экзамен на человечность

Есть люди, которым физически некомфортно, если на столе лежат три бумажки. А есть люди, которые спокойно работают за столом, где стоят семь кружек, лежат зарядка, носок, учебник и нечто неопознанное, предположительно живое. Мы разные, и очень важно не превращать собственную любовь к порядку в универсальный закон природы. Если вам нравится, когда полотенце висит ровно, это ещё не значит, что всё человечество обязано разделять вашу эстетическую позицию. Особенно подросток.

Подростковый возраст вообще довольно удобное время для проверки гипотезы «А обязательно ли я должен делать так, как вы?». И проверять её человек может с большим энтузиазмом, иногда даже на примере носков.

Поэтому полезно разделить две вещи. В комнате подростка может быть как угодно, а вот в гостиной, на кухне или в ванной действуют правила, которые касаются всех.

Вы можете сказать: «Мне не важно, что происходит у тебя в комнате, это твоё пространство. Но диван в гостиной общий, и я тоже хочу на нём сидеть, желательно без шоколадной археологии. Поэтому фантики здесь не оставляем». Это уже не война за порядок, а адекватная граница.

«Границы обычно работают лучше, чем двадцать семь напоминаний».

«Помоги мне»: самая странная ошибка родителей

Очень часто родитель говорит: «Помоги мне по дому» и совершенно не замечает, что этой фразой сообщает подростку важную вещь: дом — это моя работа. Ты можешь иногда помочь как добрый волонтёр, как приглашённый специалист по пылесосу, как человек, которому сегодня особенно повезло. Но ответственность всё равно моя.

А потом проходит несколько лет, и родители искренне удивляются:
— Почему он ничего не делает?
Потому что его, собственно, и не просили делать. Его просили помогать, а это не одно и то же.

Гораздо полезнее постепенно выстраивать другую систему: «У нас общий дом, мы здесь все живём, поэтому у каждого есть своя часть ответственности». Не «помоги маме», а «это твоя зона».

Самостоятельность начинается там, где заканчивается диспетчерская

Есть очень простой тест. Если подросток выносит мусор только после вашего «Ты вынес мусор?», то мусор выносите в каком-то смысле не вы, но и не он. Вы управляете процессом, а он просто нажимает кнопку в конце.

Получается довольно интересная семейная система: мама — диспетчер, папа — отдел контроля качества, подросток — исполнитель. Каждые сорок минут диспетчер сообщает:
— Мусор.
Исполнитель:
— Ага.
Диспетчер через двадцать минут:
— Мусор.
Исполнитель:
— Я слышал.
Диспетчер ещё через десять:
— Я тебе русским языком сказала!
Исполнитель:
— Да господи!

И вот уже все участники процесса ненавидят мусор, хотя пятьдесят минут назад проблема была только в пакете.

Конечная цель совсем другая: чтобы однажды подросток сам заметил полный пакет и вынес его без специальной пресс-конференции. Вот тогда и появилась ответственность.

Правила нужны, но семья — не воинская часть

Из всего этого не следует, что подростку теперь можно всё. Конечно, нет: в семье могут быть правила. Например:

• общими помещениями пользуемся так, чтобы после нас ими могли пользоваться другие;

• грязную посуду не оставляем на несколько дней;

• каждый отвечает за определённые домашние дела;

• за домашнего питомца отвечает тот, кому эта ответственность поручена.

Но если правил становится столько, что каждому члену семьи можно выдавать персональный устав, возможно, вы слегка увлеклись.

Семья — не казарма, и задача родителя не в том, чтобы добиться идеального исполнения приказов. Можно вырастить человека, который прекрасно выполняет команды, а можно вырастить человека, который способен сам понять, что здесь нужно сделать. Второй вариант обычно полезнее.

Договорённость — это не монолог

Здесь появляется слово «договорённость». С подростком можно договариваться, но есть маленькая проблема: очень многие родители умеют договариваться исключительно сами с собой.
— Давай договоримся, что ты теперь пылесосишь по средам.
— Ага.
— Отлично, договорились.

Нееет. Это была не договорённость, а монолог, который очень хотел стать договорённостью.

Настоящая договорённость предполагает две стороны. Можно спросить: «Мне важно, чтобы дома было чисто, но я не хочу каждый день ходить за тобой и напоминать. Какие дела ты готов взять на себя? Когда тебе удобнее их делать? Давай попробуем неделю, а потом посмотрим, работает ли эта система». И здесь происходит удивительная вещь: подросток получает возможность не только выполнять решение, но и участвовать в его создании.

«Участие очень сильно отличается от подчинения».

«Но он же всё равно ничего не сделает!»

Возможно. И у родителя появляется соблазн сказать: «Вот поэтому с детьми нельзя договариваться». Но иногда проблема не в том, что договорённость не работает, а в том, что мы ждём от неё мгновенного превращения подростка во взрослого человека. Вчера он оставлял одежду на полу, сегодня вы один раз поговорили, завтра он не убрал, послезавтра тоже, и вы делаете вывод: «Ничего не работает».

На самом деле формирование ответственности — это процесс. И иногда он выглядит не как красивый педагогический успех, а вот так:
— Ты помнишь, мы договорились?
— Помню.
— Хорошо.
— Я сделаю вечером.

И вечером он действительно делает. Возможно, не идеально, но делает. Это уже маленькая победа.

Самое опасное начинается после уборки

Предположим, произошло чудо и подросток сам убрал комнату. Вы заходите, смотрите… и находите пыль. Это естественно: подросток убирал комнату, а не сдавал объект государственной комиссии. Вы говорите: «Ну вот здесь можно было ещё протереть». И вот тут родитель может совершить стратегическую ошибку.

В этот момент подросток слышит не «Спасибо, что ты сделал», а «Ты сделал неправильно». И в следующий раз может обнаружиться, что самостоятельность внезапно заболела и лежит где-то под кроватью.

Если мы хотим научить ребёнка делать что-то самостоятельно, придётся иногда переживать его несовершенство. Он будет делать не так, не с той стороны, не в том порядке, не так быстро и, возможно, вообще ужасно.

«Сначала человек должен научиться делать сам, а уже потом — делать хорошо».

А что делать с его комнатой?

Здесь можно попробовать очень простой принцип: если это его территория и она не угрожает здоровью или имуществу, не превращайте её в зону постоянных боевых действий. Не обязательно каждый вторник проводить инспекцию шкафа, фотографировать беспорядок как доказательство для семейного суда и напоминать о комнате каждый день.

Можно договориться о минимальных санитарных и бытовых требованиях. Например: «Мне всё равно, как лежат твои вещи. Но еда не должна гнить, грязная посуда не должна неделями стоять в комнате, а вещи должны быть доступны для стирки». Остальное — территория подростка.

Иногда ребёнку действительно нужно пространство, в котором он может почувствовать: «Здесь решаю я». И если такое пространство есть, потребность доказывать самостоятельность через фантики на диване может стать меньше.

А если он саботирует специально?

Иногда — да. Но даже тогда полезно спросить себя: «Он действительно не хочет это делать или не хочет делать это после моего двадцатого напоминания?» Это не одно и то же. Подросток может соглашаться: «Да, мне тоже нравится, когда дома чисто» и при этом сопротивляться: «Но я не хочу, чтобы ты каждые десять минут говорила мне, что именно я должен сейчас сделать».

В этом месте родителю полезно немного отойти. Не исчезнуть и не отказаться от требований, а перестать превращать каждую бытовую мелочь в проверку отношений.

Иногда родители борются не за чистоту

Это, пожалуй, самое неприятное. Мама говорит: «Я просто хочу, чтобы дочь убиралась». Но если копнуть глубже, там оказывается: «Я хочу, чтобы она меня уважала», или «Я хочу понимать, что нормально её воспитала», или «Я боюсь, что если сейчас позволю ей ничего не делать, она вырастет безответственной».

И тогда один фантик получает нагрузку, которую физически не способен вынести.

«Фантик должен одновременно отвечать за чистоту дивана, уважение к матери, будущее дочери и качество родительского воспитания. Бедный фантик».

Поэтому иногда стоит остановиться и спросить себя: «Что конкретно я сейчас пытаюсь сформировать?» Если ответ — «ответственность», то постоянный контроль может оказаться не самым эффективным инструментом.

Цель — не послушание, а самостоятельность

Наша задача не в том, чтобы получить послушного подростка, хотя это, конечно, удобно. Вы сказали: «Убери», и он убрал. «Вынеси мусор», и вынес. «Иди спать», и пошёл.

Но однажды этот человек станет взрослым, и рядом уже не будет мамы, которая каждые полчаса спрашивает: «Ты точно сделал?» Поэтому гораздо важнее другой результат: подросток постепенно начинает сам замечать, что нужно сделать, сам планирует, сам выполняет, сам ошибается и сам исправляет. А родитель всё реже выступает в роли диспетчера, контролёра и специалиста по поиску фантиков.

С чего начать

Начать можно очень просто. Не нужно завтра собирать семейный совет и принимать Конституцию квартиры. Выберите одну обязанность. Например: «С этого момента ты отвечаешь за мусор. Я не буду каждый раз напоминать, ты сам за этим следишь». Или: «После ужина каждый убирает за собой посуду».

Обсудите это и спросите, что подростку кажется разумным. Договоритесь попробовать неделю, а потом обсудите результат. Что получилось? Что не получилось? Что мешало? Что можно изменить?

И без фразы «Ну я же говорила!», это особенно важно. Если каждое обсуждение заканчивается словами «я же говорила», подросток очень быстро начинает воспринимать семейный совет как место, где его собираются официально признать виноватым.

Вместо заключения

Ваш ребёнок может быть прекрасным человеком и при этом оставлять носки на полу. Может быть добрым, умным, ответственным в важных вещах и совершенно равнодушным к тому, что на письменном столе уже сформировалась новая геологическая эпоха. Порядок не определяет, хороший это человек или плохой. Но ответственность действительно нужно формировать, и лучше всего она формируется не через бесконечное давление, а через постепенную передачу подростку реальной части взрослой жизни.

Не «помоги маме», а «это твоя часть».
Не «я тебе сто раз напомню», а «я рассчитываю, что ты сам об этом позаботишься».
Не «сделай идеально», а «сделай сам, потом разберёмся, как сделать лучше».

И, возможно, однажды вы зайдёте в гостиную, увидите чистый диван и поймёте, что фантика нет. Не потому, что вы напомнили, пригрозили или провели воспитательную беседу, а потому, что подросток сам заметил фантик и выбросил его. Это и есть тот момент, ради которого всё затевалось. Не приручение, а постепенное взросление.

Понравилась статья? Евгений Косач будет рад видеть вас в своём Instagram. Там он делится полезными материалами и занимается психообразованием — помогает взрослым, подросткам и их родителям лучше понимать себя, осознавать и менять негативные мысли и поведение на каждом этапе жизни.