В ясли в полтора года или дома до трёх: что лучше для ребёнка и семьи

Октябрьская площадка, лужа под горкой, две коляски бок о бок. Одна мама между делом сообщает, что с ноября выходит на работу и сын пойдёт в ясли: ему год и семь. Вторая поправляет дочке шапку и очень ровным голосом уточняет — уже? он ведь даже не говорит толком? Беседа остаётся вежливой, но обе уже на баррикадах, и каждая уверена, что за ней наука, бабушки и здравый смысл.

У этого спора в Беларуси есть особая опора: отпуск по уходу за ребёнком у нас длится до трёх лет. Многим кажется, что раз три года дали, так и задумано, а всё, что раньше, — уже немножко «сдать». Я в этом споре не нейтральна и скажу, на чьей я стороне. Но сначала — о сильных доводах обоих лагерей.

Два лагеря, у каждого своя правда

«До трёх — дома»: малыш ещё не расскажет

Главный довод сторонников дома звучит просто: полуторагодовалый ребёнок не может пожаловаться. Не скажет, что воспитательница прикрикнула или что он весь день просидел в углу с одной машинкой. Мама дома — гарантия, что рядом взрослый, который знает каждый его звук.

Второй довод — больничные, и тут родители говорят с таким чувством, будто считали их в тетрадке. Неделя в яслях, две дома с соплями, снова неделя. Мама вроде бы вышла на работу, а работает урывками и чувствует себя виноватой на два фронта сразу.

Есть и третий, негромкий довод: традиция. Даже в Минобразования признавали, что дошкольная система долго под неё подстраивалась — в феврале этого года представитель министерства сказала БЕЛТА: «Раньше мы были ориентированы в большей степени на возрастную категорию детей старше двух лет, так как отпуск по уходу за ребенком предоставляется до трех лет».

Мы сходили в ясли ровно на три недели. Из них дома просидели две — сначала насморк, потом ушки. Я решила: раз я всё равно дома, пусть уж без антибиотиков. Вернулись в сад в два и восемь — пришёл, сказал «пока» и убежал. — Наталья, 33

«В ясли с полутора»: мама тоже человек

Второй лагерь начинает с арифметики. Пособие по уходу — процент от средней зарплаты по стране, и для многих семей полтора года на нём — затянутые пояса. Плюс профессия: за три года уходят навыки и связи.

Но самый сильный их довод не про деньги. Мама, которая полтора года не говорила ни с кем, кроме ребёнка и кассира, — не лучший собеседник для этого ребёнка. Уставший, раздражённый взрослый дома не равен спокойному взрослому дома. Эту мысль редко произносят вслух, но каждая, кто сидел в четырёх стенах в ноябре, её узнает.

И тут я обязана сказать неудобное для своего же лагеря. Любимое слово «социализация» в полтора года работает плохо. Посмотрите на любую песочницу: малыши этого возраста больше играют рядом, чем вместе, и драма из-за чужого ведёрка — их основной социальный опыт. Ясли дают ребёнку режим, новых взрослых и игрушки, а дружбу и умение договариваться — позже.

Государство, кстати, тоже сдвигается в эту сторону. По данным Минобразования, которые летом приводило БЕЛТА, групп для детей до двух лет было около 500, к началу учебного года их планировали довести до 600. Работать они должны не только кратковременно, но и по 10,5–12 часов, а цель названа прямо — создать условия для выхода мам на работу.

Я вышла, когда дочке было год и восемь, на полставки. Первые два месяца я плакала в машине чаще, чем она в группе. А потом заметила, что вечером мне снова интересно с ней играть, а не просто досиживать до сна. — Ольга, 31

Что говорят большие исследования

Решает не возраст, а часы и качество

Самое известное исследование провели в США: Национальный институт детского здоровья (NICHD) годами наблюдал детей с рождения. Его брошюра 2006 года о детях до 4,5 лет разочарует оба лагеря. Дети, которых растила только мама, не развивались иначе, чем те, за кем присматривал кто-то ещё. Дети, которые 30 часов в неделю и больше проводили не с мамой (в яслях, с няней или родственниками), по отзывам воспитателей чуть чаще вели себя проблемно в 4 года и в подготовительном классе — но дома, по словам мам, разницы не было, а до уровня, требующего помощи специалиста, это не доходило. И главное: особенности семьи предсказывали развитие ребёнка сильнее, чем количество часов вне дома.

Одну оговорку в пользу «домашнего» лагеря там тоже нашли: если мама в общении с малышом была мало чуткой, больше 10 часов присмотра в неделю повышали риск ненадёжной привязанности к ней. И ещё одну: данные американские, а на самой брошюре стоит пометка, что сведения актуальны на 2006 год и больше не обновляются.

Свежее и масштабнее — норвежская работа 2013 года о 75 271 ребёнке в 18 и 36 месяцев. При обычном подсчёте больше часов в саду давало чуть больше поведенческих проблем, но эффект был маленьким и не устоял при другом учёте выбывших из выборки. А когда исследователи сравнили братьев и сестёр внутри одних семей, связь исчезла совсем. Оговорка авторов важна: в Норвегии качество садов везде высокое, и вывод сделан именно для таких условий.

Отсюда то, что я считаю главным в этом споре. Ясли — не прививка и не яд, это среда. В той же брошюре NICHD сказано: как правило, чем меньше детей на одного взрослого, тем лучше уход и тем лучше дети развиваются. Ясли на десять малышей с двумя спокойными воспитателями и ясли, где на группу одна измотанная няня, — это два разных решения, хотя в анкете оба называются «пошёл в полтора».

Больничные: здесь правда за вторым лагерем

Тут спорить не буду: в первый год яслей ребёнок болеет чаще. В канадском исследовании 1238 семей из Квебека дети, пошедшие в большие группы до двух с половиной лет, в этот период переносили примерно в 1,6 раза больше инфекций дыхательных путей и ушей, чем дети, которые росли дома. Зато в начальной школе такими инфекциями они болели реже. Авторы делают вывод, что ранние болезни не добавляют ребёнку инфекций за детство в целом. Две оговорки: данные — со слов мам, и эффект найден именно для больших групп.

Американская брошюра NICHD здесь осторожнее: в её данных опыт больших групп в первые два года не уберёг детей от болезней в 3–4,5 года. А вот те, кто ходил в большую группу на третьем году, в 3–4,5 года реже болели простудами и кишечными инфекциями. Честный итог: болеть в яслях будут, и готовиться к этому надо заранее — кто сидит с больным, кто подменяет. Не «если», а «когда».

Третий путь, о котором забывают оба лагеря

Самое странное в споре «ясли или дома до трёх» — что выбор в нём будто бы из двух вариантов. Закон его таким не делает.

• Отпуск можно брать частями. По статье 185 Трудового кодекса отпуск по уходу до трёх лет «может быть использован полностью либо по частям любой продолжительности». Попробовали ясли, не пошло — можно вернуться в отпуск. А взять его может и папа, и бабушка, если мама вышла на работу, — мы подробно разбирали, кто и как.
• Можно работать на полставки, не выходя из отпуска. Та же статья разрешает в отпуске работать на условиях неполного рабочего времени — не больше половины нормы. Пособие при этом остаётся полным; если работать больше половины, по закону о госпособиях (ст. 13) его платят в размере 50%. Там же перечислены и другие случаи урезания — например, работа ИП.
• В ясли не обязательно на весь день. Кодекс об образовании (ст. 139) знает режимы от 2 до 7 часов, 10,5, 12 и 24 часа, а по желанию родителя время пребывания может быть уменьшено. Группа второго раннего возраста — это дети от года до двух.

Ясли до обеда плюс полставки — не компромисс трусов, а мягкий вход: ребёнок привыкает к группе по нескольку часов, мама вспоминает, как звучат рабочие созвоны. И отдельно для тех, на кого давят «так положено»: в той же февральской беседе с БЕЛТА в Минобразования напомнили, что дошкольное образование в Беларуси не обязательно и семья может сама воспитывать ребёнка до школы. Остаться с ребёнком до трёх — законный выбор, а не отставание.

Моя позиция и её слабые места

Мне ближе лагерь яслей, но с условиями. Небольшая группа, мягкий вход по часам, а не 10,5 часа с первого понедельника, и мама, которая сама хочет на работу, а не уходит туда из чувства вины. Исследования не дают ни одной стороне права стыдить другую.

Слабое место моей позиции я вижу: первый год больничных ляжет на семью, и выдержать его без бабушки или гибкого начальника тяжело. Если ничего этого нет, а мама дома счастлива, оставаться до трёх разумно. Если же дома она гаснет, честнее признать это, чем героически досиживать «положенный» срок.

А вот что действительно повод задуматься — не возраст, а то, как идёт привыкание. Слёзы при расставании в первые недели обычны, мы писали, как пережить адаптацию к детскому саду. Но если спустя пару месяцев ребёнок всё так же каждое утро бьётся в истерике, перестал нормально спать, растерял слова, которые уже говорил, — стоит обсудить с педиатром и детским психологом не «ясли вообще», а именно эту группу и этот режим. А если остаётесь дома, загляните в разбор о том, нужны ли развивашки до трёх лет.

Если ребёнок в три года спокойно машет вам от дверей группы, а дома вы оба друг другу рады, — неважно, в полтора он туда пришёл или в два с половиной. Вы всё сделали правильно.

А теперь ваша очередь. В каком вы лагере и во сколько ваш малыш пошёл в ясли — или не пошёл? Что бы вы сказали той маме с площадки? Расскажите в комментариях и посмотрите, что ответят другие: здесь чужой опыт ценнее любой брошюры.